Бурные, сложные, вызвавшие неоднозначную реакцию события минувших июня и июля месяцев достаточно убедительно высветили важную для современной России закономерность, касающуюся особенностей перехода от одного политического и социального направления к другому.

Она заключается в том, что на стадии разрушения прежней системы властных отношений, созданной предшествующим политическим режимом, новая власть в значительной степени фокусирует на себе широкие общественные ожидания, запросы различных социальных и электоральных групп.

Ожидания населения в начале второго срока правления Путина в значительной степени определялись надеждами на улучшение материального положения, снижением преступности во всех ее проявлениях, избавлением от коррумпированного чиновничьего аппарата и т.п...

"Демократизация" превратилась в фокус общественных ожиданий. Массовые представления о желаемом демократическом устройстве, конечно, отличаются противоречивостью. Пожалуй, их главную характеристику можно определить как сочетание демократического "здравого смысла" и достаточно консервативных представлений о желаемой модели власти.

Традиционно мы любим демократию, но представляем собой, в определенном смысле, авторитарное государство и даже - Империю, понимая ее, как территориально большое государство, опирающееся на наднациональную идею и объединяющее вокруг единого стержня - метрополии - многие "языки и народы". Но, если многие империи прошлого возникали вследствие экспансии за пределы своего социокультурного ядра, то Россия была исторически обречена на "имперскость" в силу внутренних причин.

Это случилось, во-первых, в силу своей вынужденной унитарности; во-вторых, приверженности к авторитаризму, распространяемому без исключения на все социальные слои и группы - отсюда и мобилизационный характер государства и экономики. И, в-третьих, не надо забывать и про воздействие "оборонного сознания", сформировавшегося в ходе многочисленных войн и влияния враждебного окружения. Анализ имперских начал в России неплохо дал С.Бирюков (см.интернет 25.8.04 г."rossia". Нами взяты из статьи отдельные выдержки).

Россия на протяжении большей части своей истории (начиная, по крайней мере, со времен Ивана Грозного) строилась как унитарное государство. Как отмечают даже авторы вполне официозного Комментария к Конституции России 1993 года, "Россия создавалась и развивалась как централизованное унитарное государство. Чем более крепла царская власть, тем четче становились идеи единой и неделимой России, которые принимали государственные формы".

Сама унитарность и характер государства были вызваны не злой волей автократов - государей. И даже не "косностью" народной массы, но самими особенностями исторического развития России, формировавшейся в условиях враждебного окружения. Сама безопасность требовала покорения сопредельно-враждебных территорий и их государственно-политической ассимиляции.

Известный представитель евразийского движения, видный юрист и государствовед Н.Н.Алексеев объяснял указанную особенность так:

"Государство наше родилось в процессе суровой долголетней борьбы с кочевниками, которые были сначала победителями, а потом постепенно стали побежденными. Государство наше, выросшее в этой борьбе, имело типичный характер военного общества, построенного как большая армия, по принципу суровой военной службы. Свободные формы промышленных обществ были ему совершенно чужды. Оттого жизнь в государстве нашем была не из легких - "постылое тягло", как говорил наш народ, - всю землю облегло".

Таким образом, консолидации общества и унитарности Российского государства, а также торжеству "оборонного сознания" способствовало и постоянное наличие у него врага. Реального или гипотетического внешнего противника, который либо нападает, либо готовится к нападению. Поэтому практически вся послемонгольская история России - это история войн за нейтрализацию угрозы со стороны наследников Золотой Орды. Позднее идет борьба за выход из геополитической и торгово-экономической изоляции путем завоевания портов на Балтике, Черном, Каспийском, Средиземном морях и на Тихом океане.

Формировавшееся в условиях дефицита ресурсов и враждебного внешнего окружения государство требовало колоссального напряжения сил. Яркое и последовательное обоснование "обреченности" России быть унитарным государством и империей приводили многие российские мыслители. Наиболее последовательно с этих позиций выступал видный мыслитель Русского Зарубежья, историк, социолог и публицист крайне монархического толка Иван Лукьянович Солоневич (1891 - 1953).

Сопоставляя личные свободы в России, в США и в Англии, он прямо увязывает их с географическим фактором:

"Американская свобода, как и американское богатство определяются американской географией; наша свобода и наше богатство ограничены русской географией".

Русский народ, как полагает Солоневич, никогда не будет иметь такие свободы, какие имеют США и Англия, потому что безопасность последних гарантирована океанами и проливами, а "наша может быть гарантирована только воинской повинностью".

По заключению мыслителя, история России есть преодоление географии России "И средством ее преодоления стало создание унитарного" имперского государства мобилизационного типа на одной шестой части суши.

Одновременно с этим надо учитывать природно-климатические обстоятельства России - огромные размеры территории, неблагоприятный климат в большинстве зон хозяйствования, ограниченные сроки сезона земледелия. Сюда также следует отнести и сложность поддержания в работоспособном состоянии системы коммуникаций в экстремальных природных условиях. Поэтому некоторые исследователи полагают, что Россия фактически была обречена на редистрибутивную (централизованно-распределительную) модель региональной экономической политики.

Сам термин "редистрибуция" широко употреблялся основоположником субстантивистского направления в экономической антропологии Карлом Поланьи. Этот термин обозначает натуральный и неэквивалентный "вертикальный" продуктообмен в виде принудительного изъятия и концентрации центральной властью прибавочного, а иногда и части необходимого продукта. Но не для личного использования в интересах власти, а с целью его последующего натурально-уравнительного перераспределения.

Подобная модель экономической политики, предполагающая "вытягивание" слабых регионов и отраслей за счет сильных, сложилась в Российской Империи. Она получила последовательное развитие в эпоху СССР, являясь одновременно источником силы и слабости великого государства.

Обобщение подобного взгляда на истоки унитарно-имперской или милитаристско-мобилизационной природы русского государства дал в своих трудах выдающийся русский историк В.О.Ключевский:

«Московское государство зарождалось в 14 веке под гнетом внешнего ига, строилось и расширялось в 15 и 16 вв. среди упорной борьбы за свое существование на западе, юге и юго-востоке».

Можно отметить три его главные особенности. Это, во-первых, боевой строй государства. Московское государство - это вооруженная Великороссия, боровшаяся на два фронта - Вторую особенность составлял неправовой характер внутреннего управления и общественного состава с резко обособлявшимися сословиями.

Далее историк отмечает: "Сословия различались не правами, а повинностями, между ними распределенными. Каждый обязан был или оборонять государство, или работать на государство, то есть кормить тех, кто обороняет. Были командиры, солдаты и работники, не было граждан, то есть гражданин превратился в солдата и работника, чтобы под руководством командира оборонять отечество или на него работать.

Третьей особенностью московского государственного порядка была верховная власть с неопределенным, то есть неограниченным пространством действия".

Таким образом, сам характер Российского государства сложился в неблагоприятном внешнеполитическом окружении России, при состоянии "перманентной военной угрозы" и необходимости мобилизации имеющихся ресурсов. Важнейшими следствиями этих факторов стали:

1) Военно-мобилизционный характер Российского государства начиная с периода Московской Руси;

2) Его мобилизационный характер. Это предполагало мобилизацию человеческих, хозяйственных и иных ресурсов, что ограничивало свободы населения;

3) Обреченность России быть Империей. Что было связано с необходимостью в интересах безопасности подчинять себе и контролировать обширные территории, включающие инонациональное население;

4) Необходимость наличия в таком государстве авторитарно-централизованной единоличной власти. Это неизбежно приводило к унитарности как ключевому механизму империи.

Сейчас принципиально важным представляются два обстоятельства.

Во-первых, расширение общественной поддержки государства и президента не трансформировалось в симпатии к авторитарной политической модели. "Демократический инстинкт" подсказывал необходимость сохранения политического оппонирования власти.

Во-вторых, укрепление политических позиций В. Путина сопровождалось необходимостью поддержки общественным мнением института политической оппозиции. Ослабление оппозиции воспринималось в обществе как проявление явного неблагополучия. Общественное мнение сохраняет способность мыслить в русле демократической логики "сдержек и противовесов" и при "сверх-популярном" президенте.

Следствием этого становится значительный общественный кредит доверия этой власти, величина которого напрямую зависит от решимости складывающегося нового политического режима преодолеть наследие предшествующего. Однако складывающийся при таких условиях консенсус между властью и обществом не является стабильным. Он основывается зачастую на взаимоисключающих ожиданиях, часть которых при переходе к созданию новой политической, социальной и экономической реальности никогда не будет реализована.

Переход к этой стадии неизбежно потребует от власти не только переформатировать коалицию на уровне элит, но и внести существенные коррективы в тактику альянсов и коалиций с широкими общественными группами. И если власть, ослепленная собственными успехами на стадии демонтажа прежней системы, попытается следовать тактике сохранения широкой, но в значительной степени виртуальной коалиции, ее база политической поддержки станет сужаться, поскольку различные элитные группы, общественные слои, не дождавшись реализации своих интересов, откажут новому режиму в поддержке.

Так произошло с президентом СССР М.Горбачевым, которому на стадии разрушения партийно-геронтократической системы удалось создать широкую коалицию поддержки. Но затем, когда сама логика политического процесса потребовала от М.Горбачева новой стратегии коалиций и альянсов, он по-прежнему продолжал прежнюю линию колебаний между различными центрами влияния и между разными общественными ожиданиями. В конечном итоге в результате политической поляризации президент СССР окончательно лишился поддержки и был удален с политической сцены.

Несколько иначе обстояли дела в период правления Б.Ельцина, который каждый свой новый поворот сопровождал выдвижением тех или других позитивных программ, соответствующих реальному соотношению сил в обществе (к концу его правления "силы-гегемоны" практически самостоятельно формулировали повестку дня). При этом однако каждый новый шаг Ельцина приводил к сужению его реальной политической базы, однако в силу того, что при этом все большая часть ресурсов концентрировалась в руках сужающегося меньшинства, последнее компенсировало в критические моменты потери Ельцина концентрацией ресурсов, создававших виртуальную базу поддержки.

Б.Ельцин, в частности, как и Горбачев, создал во время своего восхождения к вершинам власти весьма широкую коалицию, которая хотя и быстро рухнула уже в 1992 году, однако в этот период Ельцин реализовал идею либерализации цен. В свою очередь, крушение коалиции сил, обеспечивших реализацию этого шага, поставило Ельцина перед необходимостью в 1993 году создать вокруг себя новую коалицию под предлогом борьбы с "красно-коричневым" Верховным Советом, на который была возложена вина за пробуксовку реформ.

Далее, в отсутствие позитивных экономических результатов, за этим последовала попытка консолидации общества против нового врага - режима Дудаева, а к 1996 году был растрачен и этот потенциал и следующая коалиция, сложившаяся вокруг Б.Ельцина на президентских выборах, сделала его заложником интересов еще более узкой социальной группировки, "олигархов", которые фактически сами сформулировали "повестку дня" для режима "позднего Ельцина", состоявшую в переделе собственности в пользу приближенного к власти крупного капитала.

На последней стадии существования режима Ельцина начала формироваться новая программа - концентрации капитала в руках самой "семьи" и 1-2 особо приближенных "кланов". Именно с целью реализации этой программы и была произведена замена одряхлевшего Б.Ельцина на В.Путина, который, однако, подобно Горбачеву, попытался прервать предыдущую линию развития и начать свою собственную игру.

В.Путин добился крупных успехов в борьбе со старыми ельцинскими элитами - региональными лидерами и олигархами. Фактически это означало, что политический процесс вступил в новую фазу, когда вместо сложившихся при Б.Ельцине порядков и институтов созданы новые, соответствующие задачам стратегии развития страны. Однако В.Путин либо не захотел изменять прежнюю тактику, либо не смог сделать этого.

Напротив президент начал подавать явные сигналы относительно намерения умерить радикализм своего окружения. Такие сигналы были посланы фактически всем олигархическим и политическим группировкам.

В частности, отслеживая информационные материалы, выпущенные кругами, близкими к Кремлю в то время, нельзя не отметить рефреном повторяющуюся в них мысль о том, что президент требует от всех прежде всего лояльности и не собирается несправедливо использовать свою власть против тех или иных лиц и групп, готов забыть о прошлых распрях и т.д.

Но так ли это? Приведем один не столь отдаленный и забытый пример, касающийся, например, закрытия телевизионной программы "Намедни". Об этом писал 19 августа в "МК" известный журналист Марк Дейч:

"В вышедшую 30 мая программу "Намедни" (как вскоре выяснилось - последнюю) Парфенов включил сюжет, посвященный В.Путину. И была в этом сюжете прямая речь ВВП:

"Надо отдать должное руководству компании ЮКОС, она договорилась с налоговой службой, приняла все претензии и закрыла все проблемы с государством".

Сказано это было еще ДО скандала с нашим нефтяным гигантом. Еще гулял на свободе олигарх Ходорковский. Еще никто не предъявлял ЮКОСу обвинений в уклонении от уплаты налогов в размере десятков миллиардов рублей. А вооруженные до зубов люди в камуфляже еще не врывались - в поисках компромата на компанию - в подмосковный интернат для детей - сирот, содержащийся на деньги ЮКОСа.

Все это (и многое другое) произошло позже. Однако в сопоставлении с тем высказыванием г-на Путина, о котором позволил себе напомнить ведущий программы "Намедни", ситуация выглядит несколько странно. ВВП выступил с явно примирительным призывом - "отдать должное", вскоре после чего и произошел масштабный "наезд" на ЮКОС.

Может быть, президент ничего не знал о подготовке "наезда"? Полноте: Генеральная прокуратура - в роли "государева ока" - без ведома государя ничего не готовит. И если так, то дело совсем плохо. Потому что сие означает: методы работы Владимира Владимировича все те же, комитетские, - заверить в дружелюбии и благорасположении, и вслед за тем - нанести внезапный удар.

Вполне заурядный прием для полковника спецслужб. А для главы государства, претендующего на звание "цивилизованного"?..

А что же претензии? Были они или их не было? ВВП утверждает: не было. А спустя совсем короткое время "выясняется": были. Кто солгал? Может, подставили его, нашего президента, злокозненные бояре?.."

Это говорит о том, что президент и президентская команда достигли уже того максимума, на который могли претендовать (консолидация власти) и теперь намерены практически выйти из сколько-нибудь содержательной политической игры.

Были обнародованы лишь планы конституционного закрепления проведенных президентом тех изменений в функционировании власти и госаппарата, которые уже проведены.

Стремление В.Путина обрести поддержку как можно более широкого круга граждан, по мнению аналитиков, в условиях отсутствия у президента программы, которая была бы адекватна ситуации в стране, является одним из факторов, придающих процессам, идущим в политической сфере дополнительную неопределенность и непредсказуемость, затрудняющих позиционирование сил в политическом и в социально-экономическом пространстве.

Даже внешне президент давал понять, что собирается быть одинаково близким разным политическим группам, придерживающимся различных ценностей и ориентиров.

Так, В.Путин встретился с президентом СССР М.Горбачевым и дал понять, что не собирается создавать в России авторитарный режим. Но уже через день встретившись с руководителями прокоммунистических СМИ В.Чикиным и А.Прохановым, В.Путин заявил о возможности авторитаризма в целях преодоления острых социальных конфликтов и мобилизации всех ресурсов страны на выход из затянувшегося системного кризиса.

В то же самое время, встреча с этими деятелями, которые являются категорическими противниками экономического курса, заявленного правительством и одобренного Кремлем, не стала препятствием для того, чтобы еще больше расширить в начале президентства Путина правительственные полномочия Г.Грефа, автора нового либерального курса.

Под контроль возглавляемого Грефом Министерства экономического развития и торговли были переданы тогда инвестиционные проекты в сфере нефтедобычи, основанные на законе о соглашениях по разделу продукции, которые прежде всегда курировало Министерство энергетики. Этот шаг можно было бы расценить как сигнал, свидетельствующий, что Кремль намерен приступить к очередному шагу в процессе либерализации экономики, однако такой интерпретации явно мешало стремление Путина сохранить и даже расширить свою и без того крайне разношерстную социальную базу. Требуемая для решения последней задачи популистская составляющая курса Путина была несовместима с либеральными намерениями.

Взятая В.Путиным пауза на продолжение глубоких изменений заметно поколебала позиции президента: его противники быстро использовали промахи главы государства и предприняли попытку изменить баланс сил в свою пользу. Конечно, было бы ошибочно полагать, что промахи В.Путина могли привести к тому, что президент утратит политическую инициативу и значительную часть самостоятельности в разработке и осуществлении дальнейшего политического курса.

Они могли лишь прервать цикл громких побед В.Путина и тем самым вселить в его противников надежду на то, что поскольку глава государства не настолько уж силен, то организация реальных контрдействий, реальной оппозиции новому политическому лидеру страны, вполне вероятна. Тем более, что в связи с причинами промедления властей в формировании и реализации позитивной программы следует отметить еще одно обстоятельство, оказывающее тормозящее влияние.

Как правило, в период ломки старого ухудшаются хозяйственные показатели, и идет быстрое накопление сложных экономических проблем, которые сначала не замечаются властями, приобретают запущенный характер, а затем постепенно превращаются в фактор, существенно ограничивающий способность власти адекватно ставить и решать проблемы позитивного характера. В частности, эти проблемы "политизируются" оппонентами власти, становятся в их руках инструментом давления на нее.

Пока Путин решал узкую задачу консолидации власти, стремясь через реорганизацию институтов создать новую, подконтрольную Кремлю систему распределения власти, накапливались и другие проблемы, кроме экономических.

Так, начали все четче вырисовываться опасные последствия административной реформы. С одной стороны, удар, нанесенный Путиным по губернаторскому корпусу и его авторитету, расшатывал стабильную ситуацию в регионах, а с другой стороны, полномочные представители президента в федеральных округах пытались взять у Центра слишком много властных функций, фактически создавая условия, при которых распад Федерации из чисто гипотетической возможности (ни один из ее субъектов не самодостаточен и не может претендовать на суверенитет) превращается постепенно в реальную возможность. Федеральные округа, обладающие всеми условиями для движения к автаркии, вполне могли бы со временем стать претендентами на автономию и суверенитет.

В условиях новой неопределенности дальнейшее развитие событий в решающей степени зависело от позиции В.Путина, от того, сумеет ли он сделать адекватные выводы из происшедших событий, определиться в выборе новых приоритетов и новых союзников для реализации этих приоритетов.

Реформы социальной сферы и потенциал массового протеста

Важным фактором в развитии политической ситуации в период второго срока правления В.Путина может стать рост социальной напряженности и усиление социального протеста. Вероятность такого поворота событий достаточно велика, поскольку реформы социальной сферы, признанные одним из ведущих приоритетов в период второго срока правления В. Путина (пенсионная, медицинского обеспечения, образования и жилищная и главное - закон о замене льгот денежными компенсациями, принятый Госдумой 5 августа и подписанный президентом 28 августа), неизбежно затронут интересы массовых категорий населения.

Реформы социальной сферы начинаются в наиболее благоприятной политической ситуации, но в достаточно сложном психологическом климате. На стартовом этапе общественные установки в отношении реформ представляли собою многослойное образование, разные уровни которого подчинялись подчас противоположным векторам. Общественное мнение с недоверием относится к официально провозглашенным целям "борьбы с бедностью".

Перспектива пенсионной реформы оказывает дифференцирующее влияние на общественное мнение. В отношении к пенсионной реформе в общественном мнении преобладают отрицательные установки, правда, при наличии слабого позитивного вектора.

Похоже, что в настоящее время определяющим фактором в отношении общественного мнения к новым социальным законам выступает низкий уровень информированности.

Перспектива "монетаризации" социальных льгот вызывала более единодушное отрицание: 62% возражали против замены существующих льгот денежными компенсациями (в поддержку высказывались только трое из десяти опрошенных). По некоторым важным показателям отношение общественного мнения к планам жилищно-коммунальной реформы вполне сопоставимо с реакцией на пенсионную реформу. В целом реформа ЖКХ вызывала в обществе гораздо более сильное отторжение, даже чем пенсионная реформа.

В настоящее время в отношении реформы ЖКХ соотношение надежд и опасений стало гораздо более неблагоприятным: позитивные ожидания оказалось свойственны 21%, а негативные - 46% опрошенных. Если проблема восприятия пенсионной реформы связана в значительной степени со слабой информированностью граждан (а недавний пересмотр ее "правил игры" еще более запутал ситуацию), то реформа ЖКХ воспринимается как реальная и серьезная угроза. Негативное отношение к реформе ЖКХ тесно переплетается с пессимистической оценкой направления движения страны. Многие представители малоимущего населения сравнивают сегодняшние меры с "реформой" Гайдара.

Несмотря на широкое распространение скептических и негативных установок, на стартовом этапе реформы социальной сферы общественное мнение в целом не было настроено на протест. Показатели социального согласия сохранялись на достаточно высоком уровне. Относительно благоприятные показатели социальной адаптации предопределили низкую готовность в обществе к протестным действиям. Ожидания протестной активности по месту жительства оставались на невысоком уровне и проявляли тенденцию к снижению.

В то же время после начала практической реализации реформы социальной сферы напряженность в обществе неизбежно должна усилиться, а вместе с нею - и вероятность акций социального протеста. Повышенный уровень массовых ожиданий и общая ориентация общественного мнения на демократизацию, понимаемую как расширение жизненных возможностей, скорее всего, будут дополнительно способствовать росту протестных настроений.

Обозначилась и категория населения, для которой характерно опасное сочетание недовольства своим положением и активной жизненной позиции и от которой можно ожидать особую восприимчивость к протестным настроениям. Это - "человек очень активный", которому удается добиваться доходов на уровне чуть выше среднего ценой повышенных трудовых усилий. По оценкам, лица, которые могут быть отнесены к этой категории, составляют почти 40% среди трудоспособных возрастов.

Реформы социальной сферы, означающие перенесение бремени расходов на потребителя, могут болезненно затронуть материальное положение "активных": они недостаточно богаты, чтобы выдержать повышение стоимости социальных услуг, и недостаточно бедны, чтобы рассчитывать на обещанную денежную компенсацию.

Развернувшиеся в конце весны - начале лета 2004 г. выступления против "монетаризации" социальных льгот и голодовки работников частного сектора, вызванных задолженностью по заработной плате, могут свидетельствовать о том, что поствыборный "штиль" закончился и начинается "разогрев" социальной ситуации. (Особенно показательны на этом фоне выступления в середине августа Ульяновских работников ВПК, перекрывших движение в городе и требовавших выплаты зарплаты, которую они не получали в течение плугода).

В то же время за первый период правления Путина способность системы улавливать общественное раздражение на ранних этапах снизилась. Список политических посредников сократился, а их автономия и дееспособность - уменьшились.

Наиболее вероятными становятся уже традиционные крайние формы гражданского неповиновения (голодовки, захват объектов, блокада дорог). Также повышается вероятность архаических форм социального протеста (бунтов и погромов), которые с высокой долей вероятности будут принимать этническую окраску. Эти стихийные формы протеста могут попытаться "оседлать" различные политические маргиналы и радикалы.

Наиболее очевидные "внесистемные" кандидаты - экстремистская молодежь. Инфраструктуру молодежного экстремизма образует сеть радикальных группировок, естественной средой которых выступает субкультура скинхедов, хотя некоторую активность начало проявлять и студенчество. В целом, высока вероятность того, что социальный протест примет слабоструктурированный и при этом "точечный" характер. Массы выйдут на протест без вождей и структур.

"Мишенью" для социального протеста могут стать и региональные и федеральные власти, которые инициировали непопулярные меры. Социальные реформы второго срока способны превратить государство во "врага" для широких слоев населения.

Столкнувшись с перспективой роста социальной напряженности, власть, скорее всего, выберет "меньшее из двух зол", а именно - стратегию "управления протестом" (насколько это возможно - присоединиться и возглавить). Управление протестом предполагает также его переориентацию с федеральной власти на губернаторов и олигархов. Административное наступление на элиты, успешно использованное в "ельцинскую эпоху", способно какое-то время снимать психологическое напряжение в обществе.

В настоящее время, судя по всему, основная ставка делается на использование правоохранительных органов "для восстановления социальной справедливости". "Голодовки" работников частных предприятий подтолкнули власти к возбуждению серии уголовных дел в отношении работодателей, виновных в невыплате заработной платы. Были предприняты и определенные действия по "профилактике" криминальных проявлений социальной напряженности. (Поначалу глава МВД Р. Нургалиев публично объявил войну скинхедам, но затем дело заглохло, видимо, в том числе из-за неготовности самих "правоохранителей" среднего и низового звена).

Пока политические позиции Кремля выглядят весьма прочно. В.Путин достаточно удачно позиционировал себя в отношении кабинета М. Фрадкова. Принятые им на себя функции "социального критика" реформ, а также идеология "личной ответственности" министров закрепляет за новым правительством роль политического амортизатора. Теоретически нельзя исключить и отставки правительства, однако воспользоваться этим инструментом будет труднее, чем обычно: с большой долей вероятности отставка правительства уже запланирована и привязана к реализации "проекта преемник" (ожидается не ранее 2006 г.).

Для более эффективного "управления протестом" могут быть включены и дополнительные механизмы. Один из них - профсоюзы. Первые шаги на этом пути уже были сделаны в конце весны - начала лета 2004 г. (назначение "политического" вице-премьера А.Жукова координатором Трехсторонней комиссии, проведение общероссийской акции протеста). Подключение профсоюзов к "управлению протестом" способно принести заметные политические дивиденды.

В то же время вызывает сомнение способность нынешней ФНПР справиться с этой новой для них ролью из-за традиционного бюрократического характера этой организации. Предоставление чрезмерно широких прав профсоюзам может быть воспринято как препятствие для роста предпринимательской активности и усиления притока иностранных инвестиций. В этом случае "управление протестом" способно создать проблемы для экономического роста и делового климата.

Многочисленные провалы в политике Путина раньше практически не сказывались на его популярности. Электорат пассивно реагировал на затопление станции "Мир", появление американских баз в Средней Азии и неудачи в СНГ. Но после начала антисоциальных реформ, когда государство влезло в карман к каждому из 103 миллионов льготников и к каждому автовладельцу, ситуация изменилась.

По данным ВЦИОМ рейтинг действующего президента впервые упал ниже 50%. По стране прокатились массовые акции протеста, которые постепенно становятся все радикальнее. Телевидение продемонстрировало, как впервые с 1993-го года в центре Москвы ОМОН избивает ветеранов. И, похоже, что это только начало: грядущие реформы здравоохранения и ЖКХ еще больше подогреют социальное недовольство, доведут его до точки кипения. То, что одновременно произошло разложение крупнейшей оппозиционной партии страны, - дурной знак для Кремля.

Теперь на первый план выходит именно неконтролируемое массовое протестное движение. Это особо опасная угроза, поскольку она исходит не изнутри, а извне тщательно выстроенной президентом системы "управляемой демократии". "Улица" исповедует прямо противоположную путинским взглядам идеологию социальной справедливости и имперского реванша. Она видит себя в левой части политического спектра.

Социологический портрет "улицы" - это "деды" и "внуки", коммунистические пенсионеры и молодые радикалы. Одни ностальгируют по сталинским временам, другие просто возмущены социальной несправедливостью и жаждут действия. Среднее поколение, делавшее демократическую революцию начала 90-х, а затем жестоко разочаровавшееся в ней, вовсе отвернулось от политики.

Молодых радикалов мы по праву можем называть "новыми левыми". Они являются таковыми по отношению к "старым левым" - пенсионерам КПРФ, а с детьми 1968-ого года их связывают, прежде всего, методы борьбы. Если будущее у левого движения в России есть, то оно, безусловно, за "новыми левыми". Не стоит верить в то, что внезапно появится "классическая марксистская партия, которая не играет во всякие политические игры". В России множество карликовых компартий, которые вот уже 10 лет не перестают выяснять, которая из них настоящая, марксистская. Основа для ренессанса марксизма в России отсутствует в силу того, что сам пролетариат атомизирован, разложен и отнюдь не озабочен вопросом взятия власти.

История левого движения знает множество методов борьбы. Террор в классическом смысле этого слова оказался не востребован в современной России. За весь постсоветский период было всего несколько случаев "левого" террора, и в будущем он, видимо, останется уделом одиночек. Более того, террористическая угроза - один из главных пропагандистских штампов Путина, и обращение к подобным методам только укрепило бы позиции режима в глазах населения страны. Зато российские новые левые успешно взяли на вооружение терроризм бархатный (символические захваты государственных учреждений, закидывание чиновников разного рода продуктами и так далее).

Первенство по акциям "прямого действия" принадлежит нацболам. По сути дела их атаки выглядят как хорошо спланированные условные диверсии. Если сегодня они проводят мирный захват министерства здравоохранения, что стоило бы завтра поднять здание на воздух вместе с министром Зурабовым, или захватить его в заложники. Если смогли бросить яйцо в спикера Грызлова, значит, могли бы и застрелить.

Опыт НБП в последнее время начали активно перенимать и прочие политические силы. Вплоть до активистов КПРФ и "Яблока". Молодежные организации как бы соревнуются в радикализме. Количество акций "прямого действия" стремительно нарастает и грозит рано или поздно перейти в качество. Пора оставить в стороне насмешки над "тортометателями". Ведь революции (и не только бархатные) часто начинаются именно с бархатного терроризма. Ключевой задачей для левого движения на сегодня является создание параллельного центра власти.

Бурное уличное сопротивление в 1993-ем имело подобие такого центра в лице Верховного Совета. Победа тогда была вполне реальной, но в силу бездарности и трусости лидеров ВС Ельцин одержал верх над ними. Нечто подобное предложил недавно Эдуард Лимонов: он призвал коммунистов уйти из Думы и создать вместе с другими политическими силами, не допущенными в парламент, альтернативное правительство. Такой орган власти подорвал бы легитимность путинского режима, как в глазах собственного населения, так и западной общественности.

Не менее важна для левых проблема финансирования и доступа к электронным СМИ. После смены руководства НТВ вряд ли приходится ожидать, что хоть на одном из центральных телеканалов можно будет увидеть массовые уличные акции протеста. Вопрос может быть решен объединением усилий леваков с либеральной общественностью и совместным требованием создания независимого общественного телеканала. При условии, что левому движению удастся разрешить эти проблемы, политическая борьба в России выйдет на новый виток противостояния. Ожесточение, вызванное антисоциальными реформами, будет нарастать.

Революционная ситуация может сложиться в течение ближайших двух лет.

Все это означает, по-видимому, что президентской команде пока не удалось реально консолидировать власть, а формальные успехи, одержанные с помощью административных рычагов и специально сконструированной с помощью политических технологий Думы, на каждом шагу обнаруживают свой чисто условный, виртуальный характер.

Вернувшись к старому методу, - не решать проблемы, а красить заборы, - власть шаг за шагом лишает себя возможности позитивно влиять на развитие ситуации в стране. Иллюстрацией, показывающей серьезную обоснованность такого опасения, является опубликованный недавно Центральным Банком анализ платежного баланса России в первом (наиболее удачном) квартале текущего года, показывающий, что неофициальный отток капитала из России вырос более чем на 30% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

С тех пор ситуация для капитала в России явно не улучшилась и, скорее всего, абсолютно правы те экономисты, которые считают, что во второй половине года теневой отток капиталов может превратиться в беспорядочное бегство.

Денежный голод грозит российской экономике из-за оттока капитала

Уже в июле денежное предложение в России упало до самого низкого уровня с начала года. Экономисты объясняют это усилением оттока капитала. "Денежный голод" может повлечь за собой замедление деловой активности и снижение темпов экономического роста.

В июле широкая денежная база снизилась на 70,9 млрд руб., или на 3,6%, до 1849 млрд руб., сообщил Банк России. Аналитики называют основной причиной снижения денежной базы отток капитала. В первом полугодии, по оценке Центробанка, чистый отток частного капитала из России составил $5,5 млрд, а в июле-августе, по мнению экспертов, ситуация не улучшилась.

Десятки миллиардов рублей, которые высвободились у банков в результате снижения нормативов отчисления в фонд обязательного резервирования с 7% до 3,5%, по мнению аналитиков, скорее всего, пошли на покупку валюты.

"При ежемесячном профиците торгового баланса в $6 млрд в страну должны приходить около $4,5 млрд, однако в последнее время наблюдается повышение спроса на иностранные активы со стороны всех агентов, и ЦБ практически не покупает валюту, что сказывается на денежной базе". На интенсивность оттока капитала в июле-августе могли повлиять летние отпуска у менеджеров иностранных инвестфондов, которые не готовы в нестабильной ситуации оставлять деньги в России. За спекулятивными деньгами, которые начали уходить в апреле, в июле-августе из-за обострения ситуации вокруг "ЮКОСа" прочь из России потянулись консервативные инвесторы.

Стагнация денежной базы стала одной из ключевых причин банковского кризиса, развернувшегося весной - летом этого года.

Неполадки в банковской системе сильно повлияют на реальную экономику. Несмотря на рост в последние годы, доля банковских кредитов в ВВП в России не превышает 18%, тогда как в развитых странах она доходит до 100%. Но в кризисной ситуации это работает в плюс и смягчает негативный эффект.

Напряженность с ликвидностью приведет к росту процентных ставок по кредитам, и темпы роста экономики снизятся, - прогнозируют эксперты. Ухудшение условий кредитования затормозит инвестиционную активность предприятий, что с лагом в несколько месяцев может привести и к замедлению роста производства.

Президент России Владимир Путин транжирит свой ценнейший "капитал" - доверие экономических экспертов. К их мнению прислушиваются потенциальные инвесторы, которых привлекает Россия, но, похоже, среди представителей экономической науки оптимистов больше не осталось. Причины их беспокойства очевидны. По словам одного видного члена правительства, общий отток капиталов из России в 2004 г., скорее всего, втрое превысит уровень прошлого года. Прогнозы независимых организаций еще хуже.

А ведь не далее как в марте министр финансов России с гордостью объявил, что в этом году, впервые с начала 1990х, приток капитала в Россию должен превысить отток.

На российской бирже происходят беспорядочные колебания котировок, с общей тенденцией к снижению: меньше чем за полгода стоимость акций сократилась примерно на треть - и это в тот момент, когда Россия получает огромные прибыли за счет невероятных нефтяных цен.

Кабинет, который Путин внезапно подверг перетряске незадолго до своего переизбрания в марте, раздирают разногласия. Некоторые министры из экономического сектора пытаются вернуть реформы в разумное и внятное русло, а премьер-министр Михаил Фрадков сосредоточивает внимание на поставленной президентом задаче удвоения валового внутреннего продукта, но практически ничего не говорит о том, какая стратегия необходима, чтобы обеспечить подобный рост.

Команда профессионалов, которой он руководит, говорит о политике, тенденциях и цифрах, но сам Фрадков, в лучших традициях советских аппаратчиков, демонстрирует убежденность во вдохновляющей силе планов и приказов, пренебрегая экономическими факторами. Неясно, разделяет ли Путин экономические подходы своего премьера.

Процесс принятия решений неясен и непредсказуем; политическим аналитикам остается "гадать на кофейной гуще", руководствуясь косвенными и чаще всего ненадежными данными. В интервью агентству "Reuters", сравнивая сегодняшнюю ситуацию на политической арене с ельцинскими временами, главный экономист московского филиала "UBS Brunswick" Эл Брич, заявил: "при президенте Ельцине 50 человек из 100 знали, что происходит. При Путине лишь горстка людей знает, что происходит, да и те молчат".

Негативное развитие событий, а затем и утрату доверия к России, спровоцировала кампания Кремля против нефтяного концерна "ЮКОС". Еще несколько месяцев назад "ЮКОС" был самой динамичной и эффективной российской компанией в секторе энергоносителей. На его долю и сегодня приходится 20% российской и 2% мировой добычи нефти, но из-за грубых репрессивных мер государства его активы утратили большую часть своей биржевой стоимости.

Похоже, тех, кто преследует "ЮКОС", просто не волнует, какой урон они наносят российской экономике, бирже или доверию со стороны инвесторов. Они остаются равнодушными к озабоченности относительно "вклада" России в опасную тенденцию роста мировых цен на нефть, а может быть целенаправленно способствуют этому?

В 1999 г. Путин продемонстрировал проницательный взгляд на экономическую ситуацию в стране - он писал, что Россия может достичь уровня Португалии через 15 лет. Он четко заявил о желании сократить отставание России от более развитых стран. Столь же очевидна была его убежденность в том, что Россия не сможет пройти этот путь в одиночку: судя по всему, он понимал, что альтернативы экономическому сотрудничеству с Западом нет - ведь именно там сосредоточены капиталы, рынки сбыта и передовые технологии.

Путин сделал ставку на обеспечение стабильности в стране на том основании, что это поможет привлечь иностранный капитал. Его метод достижения стабильности заключался в восстановлении государственного контроля, который чрезвычайно ослаб при Борисе Ельцине. Он верил в традиционное сильное государство, как в российском, так и в советском понимании - то есть политическую систему, где существует только один центр власти. Возможно, эта концепция разочаровала тех, кого волнует демократия, либеральные свободы или гражданское общество, но многие другие сочли ее абсолютно рациональной. В конце концов, есть же пример стабильного экономического роста в Китае: его правительство не претендует на статус демократического, но иностранных инвесторов это, судя по всему, нисколько не волнует.

В годы первого президентского срока Путина макроэкономическая политика в России выглядела все более осмысленной.

"Просвещенная" экономическая команда, которую он ввел в правительство, осуществляла определенные реформы, большой бизнес процветал, а некоторые частные компании даже начали отказываться от печально известных неблаговидных методов ведения дел. Рост цен на нефть привел к мощному росту биржевых котировок. Экономические эксперты выступали с обнадеживающими заявлениями. В то же время, голоса, сетовавшие на ограничение демократии и предостерегавшие, что все больше высших постов в государстве достается бывшим коллегам Путина из КГБ, звучали все слабее. Казалось, Путин действительно обеспечивает стабильность, к которой так стремилась Россия.

Кампания против Михаила Ходорковского и его фирмы - "ЮКОСа" - по крайней мере, поначалу, вероятно, определялась той же логикой. Ходорковского, "бросившего вызов" государству чересчур независимыми действиями в России и за рубежом, следовало приструнить ради укрепления контроля властей. Более того, поначалу экономических экспертов арест Ходорковского ничуть не расстроил.

Но вместо совершенствования государственного управления люди, которым Путин доверил усмирение заносчивого магната, развязали кампанию, стремясь отобрать у Ходорковского собственность. Они увидели в этом шанс отомстить за "несправедливость" первых лет после крушения коммунизма, когда они занимали должности "среднего звена" в органах безопасности, а другие сполна использовали возможности, предоставляемые капиталистической системой, или извлекали выгоду из высоких постов, позволявших принимать политические решения.

Из-за отсутствия публичных политических дискуссий и неподотчетности лиц, принимающих решения в рамках неконкурентной политической системы новоявленная элита смогла без помех взять реванш. Разукрупнение "ЮКОСа" - принудительная распродажа самых "лакомых" кусочков по сниженным ценам и установление государственного контроля над собственностью компании - вот что, похоже, на уме у высшей современной элиты. Они надеются, что их усилия будут вознаграждены весьма доходными должностями в области надзора за государственным имуществом.

Вероятности такого сценария было достаточно, чтобы лишить Путина последнего "кредита доверия" в глазах наблюдателей-экономистов. Недавно, экономист Кристофер Уифер, главный стратег российского "Альфа-банка", написал, что результат, к которому стремятся некоторые представители российской элиты, "возможно, имеет больше общего с перераспределением богатств, чем с поддержанием привлекательного инвестиционного климата".

В России государственный контроль все больше превращается в самоцель, а не средство решения амбициозных экономических задач. Как и в последний период существования СССР, бал правят бюрократы среднего звена, а к тем, кто наделен умением, талантом, честолюбием, и особенно склонностью к критическому мышлению, относятся с недоверием. Если Путин и обладал стратегическим видением будущего российской экономики, то теперь оно замутнено его советским прошлым.

Между тем новое правительство, пришедшее с В.Путиным, не продемонстрировало способности самостоятельно и эффективно управлять страной, оно просто активизировало свои усилия, направленные на выдавливание из активной политики высокопоставленных членов из прежней правящей обоймы, которые до сих пор играли и продолжают играть роль опорных конструкций в системе власти. Это делает политическую ситуацию еще более напряженной - мало кто отважился бы сказать наперед, чем закончатся попытки провести капитальный ремонт существующей системы и заменить ее остов "новыми людьми".

Между тем самый богатый российский олигарх сидит в тюрьме потому, что хотел сделать Россию новой Саудовской Аравией. Президент Путин заявляет, что Россия должна следовать европейской экономической модели. События последних месяцев - дело ЮКОСа и пробуксовка ключевых экономических и административных реформ - вызывают недоумение российских и иностранных инвесторов относительно того, какую модель хочет воспроизвести правительство.

Такая неопределенность привела к резкому увеличению оттока капитала - как ожидается, в этом году до 12 миллиардов долларов - и падению оценки активов на фондовом рынке (за четыре месяца на 30%). Окажутся ли эти тенденции временными или долгосрочными, зависит от того, сможет ли правительство восстановить доверие или отсутствием конструктивных действий только укрепит теперешние сомнения.

Авторитарное правительство, имеющее легкий доступ к потокам наличности, созданным экспортом, - отличная комбинация для проведения широких реформ, создающих базу экономического роста. Но при такой комбинации очень легко злоупотреблять фискальной мощью и упустить возможности. Сегодня Россия стоит на перекрестке или, вернее, на распутье: ей нужно свернуть в одну или в другую сторону.

По одной дороге успешно прошли такие страны как Чили, она ведет к осуществлению желаемой Путиным европейской модели. Об этом много уже написано. По другому пути шла Индонезия при Сухарто, этот путь непременно приведет к зависимости от цикла цен на товары (как в Саудовской Аравии), продолжению концентрации капитала (хотя теперь в руках "олигархов новой волны" из числа силовиков) и государственной протекции нерентабельных предприятий.

Сегодня, как и каждый день в этом году, Россия зарабатывает на экспорте нефти и газа примерно 300 миллионов долларов. Шесть лет назад Россия ежедневно получала в среднем 70 миллионов. Нет никаких сомнений в том, что резкий рост доходов от экспорта был важнейшим фактором в восстановлении экономики страны после августовского кризиса 1998-го года, так же, как и в том, что упадок нефтяной отрасли был основным фактором, приведшим к дефолту. Но снижение объемов экспорта нефти и их последующее восстановление - это еще не все.

Одной из причин, по которым события вокруг ЮКОСа и отсутствие прогресса в реформах производят такое негативное впечатление, заключается в том, что инвесторы уже поверили в выход России на путь глобальной интеграции и модернизации. Путин убедил инвесторов, что экономический хаос и политическая неразбериха ельцинской эпохи позади, а на смену им пришли два важнейших фактора, отличающих стабильную экономику от такой, где царят риск и непостоянство. Это политическая стабильность и экономическая предсказуемость.

В 1999 и 2000 гг. инвестиции в России осуществлялись по простой формуле: дешевые после кризиса 1998 г. активы, дорожавшие по мере того, как доходы от нефти укрепляли хрупкую экономику и политическую структуру. С 2001 г. инвесторы начали верить в то, что политическая стабильность и экономическая предсказуемость достигнуты. И, несмотря на арест Платона Лебедева и Михаила Ходорковского - события, которые рассматривались как завершение разбора ельцинского наследия - к моменту повторного избрания Путина в марте, отток капитала приостановился, а котировки активов достигли мирового для нарождающихся рынков уровня.

Но политическая стабильность - это нечто большее, чем авторитарное правительство, не встречающее сопротивления извне. Такую политическую стабильность, какую ищут инвесторы, создали генерал Аугусто Пиночет в Чили и Махатхир Мохамад в Малайзии. Конечно, с Чили сравнивать сложно, ведь там жестоко расправлялись с политической оппозицией, наследием свергнутого прокоммунистического режима. Ситуации, при которой новообразованное правительство силой бы свергло устоявшийся популярный режим, не было ни в Малайзии, ни в России.

Основная характеристика управления экономическими преобразованиями в обеих странах заключается в том, что правительства были внутренне едины по вопросу стратегии экономической реформы, создавали стимулы роста для малого бизнеса, боролись с бюрократией и явной коррупцией и установили тесные партнерские связи с промышленностью. Все это составляет суть реформ, предложенных Путиным России.

Так же, и экономическая предсказуемость - это не просто способность страны обслуживать свой внешний долг и вовремя платить по счетам. Это означает создание убедительной стратегии, могущей обеспечить экономический рост в долгосрочной перспективе и повышение уровня доходов.

В настоящее время инвесторы серьезно озабочены. Видимое несоответствие между прагматическими заявлениями президента и его основных министров о целях и возможном завершении дела ЮКОСа и агрессивными действиями центральных государственных учреждений и бюрократов говорит о том, что среди силовиков может быть несколько фракций, по-разному видящих исход дела.

Существуют опасения, что все может кончиться перераспределением богатства, а не созданием привлекательного инвестиционного климата, который, по словам Путина, необходим России для того, чтобы конкурировать в привлечении иностранного капитала с такими странами, как Китай или Индия. Отсутствие прогресса в деле ключевых реформ также поставило под вопрос способность (или желание) правительства осуществлять заявленную стратегию.

Для многих инвесторов эти опасения перерастают в страх перед индонезийским синдромом. Высокопоставленные чиновники правительства Сухарто, поначалу поддерживавшие широкие экономические реформы, в действительности обогащались за счет растущего богатства Индонезии, основанного на производстве и экспорте товаров, и поддерживали избранные группы промышленников, потихоньку отходя от своих прежних благородных целей.

Когда в ходе беспорядков, последовавших за азиатским экономическим кризисом 1998 г. Сухарто был свергнут, он был шестым в рейтинге самых богатых людей мира с личным состоянием в 16 миллиардов долларов, в то время как Индонезия находилась на грани банкротства. С другой стороны, Махатхир не считается очень богатым человеком, но экономика его страны пережила азиатский кризис, а сам он остался на своем посту.

Вновь подчеркнем, что здесь речь идет исключительно об экономических успехах, достигнутых режимами, которые оставались до конца приверженными заявленным ими экономическим целям, и которых сбить с пути не могли ни внутренние раздоры, ни внешнее давление.

Также следует заметить, что все три лидера пребывали у власти более двадцати лет, а Путин дал знать, что не намерен оставаться на третий срок. Поэтому возникает важный вопрос о том, сможет ли он выстроить успешную идеологию для правительства, которая переживет передачу власти в 2008 г.

Фондовый рынок, который, как известно, не терпит никакой неопределенности, несомненно, стабилизируется, когда закончится дело ЮКОСа, почти независимо от структуры его завершающей фазы. Но будет ли это просто передышка или возобновление долгосрочной оценки стоимости активов, зависит от того, как инвесторы видят надежность тех факторов, что давали импульс рынку в 2002 и 2003 гг. - политической стабильности и предсказуемости.

Сто дней В.Путина

Мало кто обратил внимание на то, что прошло сто дней со дня майской инаугурации - даты отсчета второго и по нынешней Конституции последнего президентского срока Владимира Путина - сто дней исполнилось 14 августа. Российские политологи отметили это знаменательное событие пресс-конференцией, на которой обсудили второй срок президента и будущие политические перспективы главы государства. После полуторачасовой дискуссии аналитикам не удалось прийти к единой точке зрения. Опубликовал статью по этому поводу журнал "Время" N145, выдержки из которого мы и приводим ниже.

Директор фонда "Политика" Вячеслав Никонов с оптимизмом заявил, что "баланс первых ста дней положительный". Эксперт похвалил президента за начатую модернизацию экономики, за "элементы рыночности в социальной сфере" и за "самую серьезную со времен Витте реформу российской бюрократии".

"Перефразируя Михаила Ходорковского, хочется отметить, что Путин либеральнее не то что 70%, а даже 90% населения, - заговорил г-н Никонов цитатами, а потом и вовсе перешел на метафоры: - Последние годы наш российский штепсель никак не подходил к евророзеткам, но сейчас реформирование штепселя идет довольно успешно".

"И в Европе разные розетки, в Америке тоже другие, и нормальные люди не реформируют каждый раз свой штепсель, а покупают переходник", - с видом знатока электротехники возразил на это директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. После чего предложил свою метафору, сравнив административную реформу с топором, которым "как рубанули в марте, так до сих пор правительство находится в состоянии паралича". Эксперт раскритиковал пенсионную, социальную и жилищную реформы как "социальный геноцид некоторых категорий населения". "Ведь людям обещали совсем не это! - горячился г-н Делягин. - Хорошо хоть, что люди это уже поняли".

Мысль о парализованном правительстве по-своему развил Глеб Павловский, из чьей речи вытекало, что в состоянии паралича сейчас пребывают вообще все политические силы, кроме самого президента. "Путин - единственный носитель политического начала, единственный действующий институт демократии, популярный президент без политической силы, - заявил политолог. - Почему Путин должен играть за всех?. Такая система не вечна".

К этой точке зрения частично присоединился первый заместитель директора Центра политтехнологий Борис Макаренко. "Сложившаяся путинская система власти достраивает себя по модели закрытого типа, а закрытая система быстро тупеет", - пояснил г-н Макаренко. По его мысли, путинская модель закрыта от негативной информации "снизу", поэтому правительство и президент не реагируют на бурное общественное недовольство такими вещами, как монетизация льгот и дело ЮКОСа".

Кстати, ЮКОС был едва ли не единственным вопросом, в оценке которого политологи проявили единодушие. Даже Вячеслав Никонов, нахваливая либерализм президента, отметил, что "затягивание конфликта вокруг ЮКОСа чревато отрицательными последствиями".

Также эксперты почти единогласно решили, что политическая карьера Путина после 2008 года не закончится. Но объяснили это каждый по-своему. "Перестав быть президентом, Путин останется лидером страны, и новому главе государства придется равняться на него", - заявил Глеб Павловский.

"Нет, такие титанические усилия предпринимаются не для того, чтобы потом освободить кресло, - скептически заметил г-н Делягин. - Впереди у нас если не вечность, то уж точно не четыре года". В ответ на это Вячеслав Никонов напомнил, что в Европе отставные главы государств сплошь и рядом занимают другие важные посты, так что Путин может стать министром или даже премьером.

"Думаю, нас ждет промежуточный вариант между бесконечным сидением на посту президента и выращиванием роз в районе Рублевского шоссе", - заключил г-н Никонов. И только Борис Макаренко не согласился с этим, заявив, что в России не может быть двух центров власти - президента и премьера, так что в 2008 году, скорее всего, будет проведена спецоперация "Преемник-2".

Разногласия политологов разделяют и простые россияне, также неоднозначно оценивающие своего, казалось бы, такого любимого президента. Это показал приуроченный к ста дням с момента путинской инаугурации опрос ВЦИОМ. Согласно полученным данным, как минимум 50% респондентов полагают, что их надежды, связанные с пребыванием Путина у власти, в той или иной мере оправдались. Зато надежды 28% опрошенных за эти годы рассеялись, а еще 10-13% вообще ни на что в связи с этим конкретным президентом не надеялись.

Положительно оценивают деятельность Владимира Путина прежде всего обеспеченные избиратели. Из тех, кто оценил свое материальное положение как хорошее, целых 68% рассказали социологам о сбывшихся надеждах и всего 10% - о несбывшихся. Среди россиян со средними доходами это соотношение составляет 57 и 25%. А мнения плохо обеспеченных опрошенных разделились примерно поровну - 40 и 39%.

Такие противоречивые оценки показывают, что в обществе до сих пор нет единства по вопросу о том, куда ведет страну путинский курс. Из-за этой неясности одни видят в президенте либерального западника-реформатора, другие, напротив, "сильную руку" и укрепление вертикали власти. И у той, и у другой концепции находилось достаточно приверженцев, что и помогло Владимиру Путину переизбраться на второй срок.

Может быть, в ближайшие годы какая-то из двух точек зрения получит веские подтверждения, и сторонники противоположной "теории" откажут президенту в своем доверии. Вряд ли Владимиру Путину удастся, проводя такие радикальные реформы, как монетизация льгот, сохранять баланс между интересами различных социальных групп и одинаково высокий уровень доверия во всех слоях электората. Косвенно на это указывает падение электорального рейтинга президента, который этим летом, по данным ВЦИОМ, снизился до 59%, а по данным ФОМ - даже до 48%.

Как бы то ни было, налицо многие признаки того, что Кремль стремится воспользоваться августом - месяцем отпусков для того, чтобы провести обкатку новых управленцев, которых он видит в качестве пришедших на смену правительства Касьянова.

С начала августа в отпуск ушел председатель правительства Фрадков и Жуков, до возвращения Фрадкова, "учился руководить министрами". Госдума, приняв в третьем чтении 5 августа самый непопулярный закон о замене льгот денежными компенсациями, также разъехалась "по округам", забыв на прощание исполнить в зале заседаний гимн России и не устроив торжественного приема.

Президент также отправился в Сочи, где отдых чередуется у него встречами с политическими деятелями и членами правительства.

В начале августа шли разговоры о возможной встрече В.Путина со Шредером и Шираком в Сочи и, наконец, 24 августа глава российского МИДа Сергей Лавров официально проинформировал Владимира Путина о готовящемся "обращении заинтересованных стран к ОБСЕ". (Опубликовано в журнале "Время" N152, 25 августа). Эта акция, по словам г-на Лаврова, должна привести к "конструктивным изменениям", направленным на увеличение эффективности работы этой организации. Причем реформы должны "отвечать интересам всех участников". По словам г-на Лаврова, вопрос реформирования ОБСЕ станет одной из тем встречи лидеров России, Франции и Германии, которая состоится в конце августа в сочинской резиденции Владимира Путина.

30 августа в Сочи прибыл канцлер Германии Герхард Шредер, однако Жак Ширак отложил свой визит на один день в связи с захватом в Ираке двух французских журналистов исламскими террористами, требовавшими отменить принятый Национальным собранием закон, запрещающий ношение мусульманской одежды и других необычных отличий различных религий в школах Франции.

В случае неисполнения требований террористов они грозили казнью журналистов. Ширак был вынужден провести ряд совещаний правительства, спецслужб и т.п. и отклонил требование террористов. Для встреч с представителями террористов, а также с религиозными лидерами мусульманских стран в Египет и Багдад был направлен министр иностранных дел Франции. Для спасения журналистов были задействованы все возможности.

31 августа Ж.Ширак прибыл в Сочи, где лидеры трех стран обсудили ряд важных международных проблем.

"Заинтересованные страны", от имени которых говорил глава российской дипломатии, это девять государств СНГ. Только Грузия, Азербайджан и Молдавия не присоединились к принятому 3 августа (во время неформального саммита Содружества в Москве) заявлению, в котором ОБСЕ подверглась неожиданно жесткой критике за то, что "не сумела адаптироваться к требованиям меняющегося мира и обеспечить эффективное решение вопросов безопасности и сотрудничества на евроатлантическом пространстве". Другими словами, девятка СНГ поставила под сомнение правомерность самого названия созданной в 1975 году на совещании в Хельсинки организации.

Список претензий, предъявленных тогда ОБСЕ, был весьма обширен: от "несоблюдения таких фундаментальных хельсинкских принципов, как невмешательство во внутренние дела и уважение суверенитета государств", до "нежелания учитывать реалии и особенности отдельных государств" и применения к ним "двойных стандартов и селективных подходов". ОБСЕ упрекали в "явной трансформации приоритетов в сторону гуманитарной проблематики", в ущерб военно-политическим, экономическим и экологическим аспектам безопасности. Отдельной критике подверглась деятельность Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) за "политизированный характер мониторинга и оценок итогов выборов в государствах - участниках ОБСЕ".

БДИПЧ часто оценивало парламентские и президентские выборы в странах СНГ как "не соответствующие стандартам ОБСЕ", что вызывало очевидное раздражение в соответствующих столицах. Хотя при этом под обязательством придерживаться этих стандартов подписались при вступлении в ОБСЕ все государства Содружества.

В штаб-квартире организации в Вене со всей серьезностью сразу же отнеслись к московскому демаршу девятки СНГ. Он может угрожать самому существованию единственной в Евразии организации, в которую наравне с западноевропейскими странами, США и Канадой входят центральноазиатские государства, оказавшиеся в эпицентре новых мировых угроз - терроризма и вооруженного экстремизма.

Источник газеты "Время новостей" в офисе БДИПЧ в Варшаве, правда, не без иронии заметил, что его структуре "льстит, что лидеры СНГ уделили такое внимание ОБСЕ, о существовании которой многие в Западной Европе даже и не подозревают". Он согласился, что в ОБСЕ действительно превалируют "правозащитные аспекты безопасности" и кое-кто имеет основания быть озабоченным этим. Однако в организации не разделяют обвинения в "географическом перекосе" этой деятельности.

Речь идет о том, что в СНГ считают несправедливым существование "полевых миссий" ОБСЕ только в новых, восточных странах - членах организации. В БДИПЧ объясняют это тем, что ОБСЕ не занимается вопросами демократизации в странах Евросоюза. Гарантиями и стимулами к демократии там являются механизмы самого ЕС, гораздо более действенные, нежели ОБСЕ. Наш источник в Варшаве напомнил, что жесткие меры, принятые недавно организацией по отношению к Туркмении, объяснялись именно тем, что в этой стране, как, впрочем, и внутри СНГ, отсутствуют внутренние механизмы, гарантирующие соблюдение демократических стандартов. В качестве противоположного примера чиновник БДИПЧ привел решение Верховного суда США, признавшего незаконной практику американской администрации, когда на узников тюрьмы Гуантанамо не распространялись гарантии, предоставляемые законами США.

В любом случае, даже если Жак Ширак и Герхард Шредер согласятся в Сочи с доводами Владимира Путина о необходимости реформирования ОБСЕ, процесс этот растянется на длительное время. Громоздкая организация, состоящая из 55 членов, решения в которой принимаются по принципу консенсуса, не способна к быстрым переменам. Но эффект от афронта девятки СНГ может сказаться очень скоро: в штаб-квартире ОБСЕ в Вене теперь поостерегутся лишний раз замечать отклонения от "демократических стандартов", что так раздражает некоторых лидеров. Зачем подрубать сук, на котором сидишь"

Конечно, ОБСЕ организация не мирового уровня, поэтому можно уверенно утверждать, что во внешней политике наступил штиль, хотя с 1 августа Россия стала председателем Совета Безопасности ООН, и на повестке дня стоят важные и срочные вопросы, а на южных границах страны, особенно на Кавказе, штиль грозит перейти в бурю.

Руль ООН в августе оказался в руках Москвы

1 августа председательство в Совбезе ООН перешло на месяц к России. После ротации полномочий в СБ ООН власть досталась Москве из рук Бухареста. Теперь выразителем российских интересов в Нью-Йорке стал 52-летний Андрей Денисов. Он назначен постоянным представителем России в ООН в середине июля указом Владимира Путина.

До него российским постпредством рулил нынешний глава МИД России Сергей Лавров. Впрочем, преемственность тут налицо: и Сергей Лавров, и Андрей Денисов - выпускники МГИМО, которые получили настоящую мужскую закалку, работая в стройотрядах и спускаясь на плотах по горным рекам.

Весь август Андрей Денисов будет штурманом Совбеза на крутых виражах мировой политики. Хотя свои верительные грамоты он вручит Генсеку ООН Кофи Аннану в день вступления в должность, это не застопорит вступление России в права председателя СБ ООН - важнейшие заседания начнутся лишь 4 августа. Именно в этот день Кофи Аннан доложит Совбезу итоги африканского мини-саммита по урегулированию в Кот-д`Ивуаре, Конго и Судане, прошедшего в Аккре. На саммит прибыли 15 глав стран Западной Африки. Прошедшее заседание Совбеза, на котором была принята резолюция по Судану, стало дебютом в ООН постпреда Денисова.

5 августа - открытое заседание Совбеза по острой проблеме сербского края Косово. Основное внимание - обеспечению выполнения резолюции СБ ООН N1244, принятой по окончании натовских бомбардировок края в 1999 году. После мартовских этнических чисток, устроенных албанскими националистами, особое внимание будет уделено защите прав нацменьшинств Косово.

Ближний Восток находится под пристальным вниманием Совбеза практически постоянно. Во второй декаде в СБ ООН пройдут слушания доклада секретариата ООН по реализации "Дорожной карты" четверки международных посредников - РФ, США, ЕС и ООН.

В августе лейтмотивом заседаний Совбеза останется иракское урегулирование в свете резолюции N1546, принятой 8 июня этого года в интересах прекращения оккупации Ирака и возвращения ситуации в стране в рамки международного права. 14 августа прошло голосование о продлении мандата Миссии ООН по содействию Ираку. Тогда же Совбез заслушает доклад координатора по вопросам судьбы пропавших без вести кувейтцев, возвращению кувейтской собственности.

15 августа в Багдаде открылась Всеиракская национальная конференция, фактически исполняющая роль собрания по учреждению нового парламента. Ее работа завершилась 17 августа.

Несмотря на принятые строжайшие меры безопасности, уже в первый день правительственный квартал, где проходило совещание, был обстрелян из минометов. Это произошло как раз тогда, когда глава временного правительства страны Айад Алляви призывал иракцев "к сплочению и уверенному движению вперед по пути к демократии".

В форуме участвовало около 1300 делегатов, представляющих все 18 провинций Ирака. Основной его целью являлось формирование 125-местного временного Национального совета, наделенного рядом законодательных функций.

25 мест "забронированы" для бывших членов Временного управляющего совета Ирака, созданного США и распущенного с формальным завершением оккупации. По словам главы оргкомитета конференции Фуада Маасума, Нацсовету, этому прообразу будущего парламента, предстоит одобрить бюджет страны на 2005 год и подготовить всеобщие парламентские выборы. Их проведение ООН наметила на конец января следующего года.

По уставу Нацсовета, проект которого предложен ООН, предполагается, что он будет контролировать деятельность правительства. На деле реальные полномочия в этом плане довольно ограниченны. Самые весомые из них - избрание преемника президента или премьера в случае смерти либо отставки одного из них.

На открытии конференции спецпредставитель Генсека ООН в Ираке пакистанец Ашраф Деханджир Кази заявил о готовности мирового сообщества оказать Ираку помощь в создании парламентских институтов. Сама ООН сначала намеревалась провести конференцию еще в мае, потом настояла на ее переносе на конец июля. А затем в секретариате ООН вообще заявили, что с этим мероприятием спешить не обязательно, потому что оно наверняка будет сопровождаться кошмарными и масштабными терактами.

Очевидно, что конференция созвана по требованию американцев, которые торопят события в связи со стремительно ухудшающейся ситуацией в Ираке. Президентская гонка в США в полном разгаре. На конец августа запланирован съезд Республиканской партии, который должен выдвинуть нынешнего хозяина Белого Дома кандидатом в президенты страны. Сами выборы состоятся 2 ноября. Поэтому для Белого Дома, как и для новых иракских властей, чрезвычайно важно показать, что повстанцам не удалось остановить политический процесс в стране. И что Ирак продолжает движение к демократии.

Однако многие иракцы ставят под сомнение легитимность конференции, которая проходит на фоне общенационального кризиса, вызванного возобновившимся шиитским восстанием на юге страны и новыми вооруженными вылазками в "суннитском треугольнике" (Багдад-Тикрит-Рамади). В работе совещания отказались участвовать ряд влиятельных организаций. В частности, его бойкотировала "Лига исламских богословов" - объединение духовных лидеров мусульман-суннитов. По словам генерального секретаря "Лиги" шейха Сулеймана ад-Дари, "любая политическая структура, создаваемая в условиях оккупации, не может быть законной". Главу Иракского национального конгресса Ахмада Чалаби не пустили на форум из-за предъявленного ему недавно обвинения в печатании фальшивых динаров.

Разумеется, в конференции не участвовали представители влиятельного радикального шиитского имама Муктады ас-Садра и его "Армии аль-Махди". После провала 14 августа переговоров о перемирии в священном для шиитов южноиракском городе Эн-Наджаф американские морпехи и иракские правительственные войска вновь начали наступление на повстанцев, обороняющихся вокруг мавзолея имама Али - брата пророка Мухаммада. По сообщению иранского телеканала "Аль-Алям", главные ворота и один из куполов мавзолея уже повреждены артобстрелом - несмотря на то, что гробницу окружает живое кольцо паломников.

Ожесточенные бои с "оккупантами" идут в городах Наджафе, Басре, Кербеле. Среди шиитов возобладала линия на конфронтацию. Умеренный шиитский лидер Аль-Систани, склонный к компромиссу и политическому диалогу выезжал на лечение в Англию, но вернулся в страну, чтобы принять участие в урегулировании создавшегося положения. Американские морские пехотинцы при поддержке авиации вели ожесточенные бои с шиитскими повстанцами из "Армии Махди", возглавляемой М. ас-Садром. Штурм Наджафа вызвал в Ираке стихийные, с участием сотен тысяч человек, митинги протеста и вооруженное сопротивление.

В связи с намерениями штурма американцами Эн-Наджафа ассоциация мусульманских богословов Ирака призвала суннитов поддержать на манифестациях своих шиитских братьев. Богословы издали строгую фетву, запрещающую мусульманам сражаться на стороне оккупационных сил. Началось брожение в рядах иракских правительственных формирований. В г.Амра многие солдаты из бригады национальных гвардейцев перешли на сторону "Армии Махди". В Басре к боевикам присоединились иракские полицейские. В знак протеста против военных действий в Эн-Наджафе продолжали уходить в отставку госчиновники.

В Багдаде деятельность сил сопротивления выражалась в организации взрывов, направленных против оккупантов и местной полиции. В рядах нового правительства страны проявились разногласия. Вице-президент И.аль-Джаафари призвал силы международной коалиции покинуть Эн-Наджаф. По его словам, там должна остаться только иракская армия. Он также считает, что временному правительству не следует отказываться от политического диалога с ас-Садром.

Последний готов вывести своих ополченцев из Наджафа при условии: отряды американской морской пехоты должны покинуть город, взятые в плен шиитские повстанцы - освобождены, бойцы "Армии Махди" - амнистированы, а само формирование должно приобрести законное право на участие в политической жизни страны. В такой чреватой непредсказуемыми последствиями ситуации американцы согласились на отвод своих частей из города.

Можно сделать вывод, что шиитский лидер не только ведет борьбу с "оккупантами", в его действиях просматривается стремление создать на юге Ирака свое государство, тем самым реализовать право шиитов на самоопределение. В стране нарастают внутренние противоречия. Из освободительной война с большой вероятностью может превратиться в гражданскую. Многие аналитики видят выход из создавшейся ситуации в срочном проведении международной конференции по Ираку. Тем самым они разделяет позицию России. Но для успеха такого форума США как минимум должны официально объявить о завершении своей миссии в Ираке.

Иного мнения придерживается замдиректора каирского Центра стратегических и политических исследований М.Эль-Сайед. Он считает, что ситуация в Ираке настолько плоха, а неспособность англо-американской коалиции справиться с обстановкой настолько очевидна, что исключать распада страны нельзя. Действия американцев провоцируют продолжение насилия и могут привести к гражданской войне. В случае распада Ирака дестабилизируется весь регион. Не исключено вторжение Турции на север Ирака, чтобы подавить попытки курдов добиться независимости. Шиитская же часть Ирака будет де-факто или даже де-юре аннексирована Ираном, а суннитская часть трансформируется в воинствующее исламское государство.

Ясно, что пока американцы обстреливают мусульманские святыни, антиправительственные силы будут вести себя все более дерзко. Иракские экстремисты постараются и далее наносить террористические удары по любому детищу ненавистных им "оккупантов и коллаборационистов" - будь то учредительная конференция или будущий парламент. С другой стороны, вызывает все больше вопросов способность правительства Ирака и возглавляемых США многонациональных сил справиться с мятежом, пылающим по всему югу страны. Причем с мятежом, в котором впервые в истории Ирака сунниты выступают на стороне ненавистных им шиитов. Пожалуй, сейчас ситуация в стране - наиболее критическая для США с момента провозглашения Джорджем Бушем военной победы в Ираке 1 мая 2004 года.

Американская политика в Ираке все больше заходит в тупик. Сопротивление исламских экстремистов растет, построение демократических структур все больше походит на утопию, после шока терактов в Мадриде 11 марта европейцы уходят, а в американском обществе растет недовольство, что войне не видно конца. В одиночку Соединенные Штаты вряд ли смогут провести на Среднем Востоке свою стратегию. Возможности отступать нет: в этом случае регион погрузится в хаос, а исламский терроризм как фактор мировой политики укрепится. В качестве альтернативы остается только ООН.

Но какие государства будут принимать участие в вероятной военной операции под командованием ООН? Большинству европейских стран и так уже не хватает ресурсов на миссию в Афганистане, которая пользуется гораздо большей поддержкой. Советник американского президента по национальной безопасности Кондолиза Райс неожиданно полетела в Москву для переговоров по Ираку. В час нужды американский взгляд обращается в сторону России?

Ведь именно Россия благодаря своей поддержке "Северного альянса" сыграла решающую роль в свержении талибов в Афганистане после терактов 11 сентября. Тогда Россия открыла США и НАТО двери на юг постсоветского пространства. Сразу за этим Америка и Россия заключили сделку в сфере энергетики, которая должна была ослабить монополию ОПЕК на мировом рынке нефти.

Война в Ираке, против которой выступила Россия, сотрудничество Москвы с Ираном в ядерной сфере, сдвиг вправо в российской внутренней политике, а также арест друга Америки, нефтяного магната Михаила Ходорковского положили конец американо-российскому партнерству, которое некоторые уже успели сравнить с антифашистским альянсом во Второй мировой Войне.

До сих пор американцы не могли себе представить Россию в роли державы - блюстительницы порядка вне постсоветского пространства. Тем не менее, в вопросах укрепления режима нераспространения ОМУ и глобальной энергетической безопасности Россия остается для Запада незаменимым стратегическим партнером. Внешняя политика Путина предсказуема и - несмотря на ухудшение отношений с США и ЕС - ориентирована на Запад. На Ближнем Востоке Москва конструктивно играет роль младшего партнера Америки, а российская экономика все больше открывается для иностранных инвесторов.

По словам политолога Сергея Караганова, Россия, в силу своей географической близости к Среднему Востоку, чувствует, что явления распада и радикализации в регионе несут для нее угрозу. Хотя великодержавные российские политики громко осуждают продолжающееся присутствие американских войск в Средней Азии и на Кавказе, однако Кремль молчаливо приветствует роль США как бастиона, препятствующего исламскому терроризму, который через такие страны, как, например, Узбекистан, проникает на постсоветское пространство.

Если Средний и Ближний восток "взорвутся", то это напрямую скажется на России, где проживают 20 млн мусульман. Напротив, успешная демократизация арабского мира окажет стабилизационный эффект на всем постсоветском пространстве.

Решающее значение имеет цена, которую Вашингтону пришлось бы заплатить за участие России в операции в Ираке. И, возможно, эта цена слишком велика для США: речь идет об участии российских нефтяных концернов в модернизации иракской нефтяной отрасли, участии России в формировании новой политической системы в Ираке, а также в формировании нового мирового порядка. Россия требует, чтобы договора, заключенные российскими нефтяными компаниями с режимом Хусейна, вновь стали действительными.

Сегодня Россия через энергетическую политику ищет пути, чтобы вернуться на вершину мировой политики. Россия уже почти обогнала Саудовскую Аравию, став самым крупным экспортером нефти. Энергетическая сверхдержава собирается удвоить поставки нефти и газа в ЕС. Через несколько лет прямой нефтепровод из Сибири будет снабжать газом и нефтью Китай и Японию, благодаря чему Россия станет главным поставщиком энергоресурсов и в Азии.

Через роль младшего партнера в глобальном партнерстве с США Владимир Путин быстрее всего может достичь своих внешнеполитических целей. Россию, которая готова сотрудничать и которая вновь приобрела вес в мировой политике, Запад вряд ли может оставить за рамками стратегии Greater Middle East.

18 августа в СБ ООН обсужден Афганистан - по-прежнему нестабильный, но уже готовящийся к осенним президентским выборам. Совбезу предстоит определиться, чем международное сообщество может помочь разоренной многолетней войной стране, и разобраться с соблюдением режима антиталибских санкций. В этом месяце будет рассмотрена деятельность Миссий ООН в Восточном Тиморе и на Гаити. Учитывая, что на август приходится пик подготовки 59-й сессии Генассамблеи ООН, открывающейся в сентябре, российскому председателю в Совбезе предстоит заняться и этим.

Все последнее время Андрей Денисов интенсивно вникал в новое направление своей работы. "Я хотел бы войти в курс дела еще до начинающегося с 1 августа председательства России в Совбезе ООН", - говорил г-н Денисов. На дипломатическом поприще он не новичок: в центральном аппарате МИДа и за рубежом работает с 1992 года. Имеет ранг чрезвычайного и полномочного посла ООН, отменно владеет двумя языками - китайским и английским. Кандидат экономических наук, но "не экономический детерминист", говорит про себя г-н Денисов. Новый постпред России уже пообещал использовать на ниве ООН свой опыт куратора российской экономической дипломатии, ибо, по его словам, "экономический подтекст присутствует в большинстве крупных политических вопросов, которые решаются на глобальном уровне".

С учетом событий, происходящих в Грузии, Ю.Осетии, Абхазии и Приднестовье нашему председателю Совбеза ООН стоило бы поставить вопрос о судьбе непризнанных государств в ключе, предлагаемом нашими экспертами в настоящей работе в разделе СНГ и предложить рассмотреть эту проблему на 59 сессии ООН в сентябре с.г.

Политика США на ближайшее время

Кандидат в президенты США Джон Керри на съезде Демократической партии в Бостоне обозначил основы своей внешней политики. (Мы начинаем раздел "США" с Д.Керри, поскольку съезд демократов прошел раньше республиканского, который состоится в НЬю-Йорке с 30 августа по 2 сентября).

Внешняя политика, которая фактически не присутствовала на выборах 2000 года, становится ключевым пунктом выборов 2004.

Лейтмотивом выступления Керри является восстановление международных союзов Америки с ее традиционными партнерами, которые, по его словам, были разрушены администрацией Буша. "Керри никогда никому не скажет: "Вы или с нами, или против нас", - говорит известный дипломат и советник кандидата в президенты от демократов Ричард Холбрук. - Он знает, что это слишком примитивный тезис, попытка оправдать собственные провалы".

Вместе с тем, по мнению ряда известных американских политтехнологов, Европе не стоит рассчитывать на радикальные перемены во внешней политике США в случае победы демократов. "Американская внешняя политика при Керри резко не изменится", - предупреждает сотрудник Brookings Institution Филип Гордон.

Наши эксперты, анализируя ход президентских выборов в США также пришли к выводу, что "хрен редьки не слаще"- так на днях стало известно, что действующий президент США Джордж Буш и его основной конкурент на предстоящих президентских выборах сенатор Джон Керри являются членами тайного общества.

В организации "Черепа и кости", до сих пор существующей в Йельском университете, состоит большая часть правящей элиты США. Как удалось выяснить репортерам газеты The Guardian, излюбленными занятиями "Черепов и костей" в студенческие годы были "сатанистские обряды" и "разнузданные оргии".

В Соединенных Штатах разгорается новый скандал, связанный с прошлым президента Джорджа Буша. Как удалось выяснить репортерам британской газеты The Guardian, в студенческие годы, проведенные в Йельском университете, действующий президент США участвовал в бдениях и ритуалах тайного общества "Черепа и кости".

Как сообщают журналисты издания, в одном из университетских корпусов, который студенчество окрестило "склепом", члены "Черепов и костей" "лежали в гробах, вели светские беседы и обсуждали актуальные политические и экономические проблемы. Кроме столь экстравагантных, но не предосудительных поступков, пишет газета, "Черепа и кости" "славились в университете еще и разнузданными сексуальными оргиями и регулярно проводили закрытые обряды, напоминающие сатанистские", как то ритуальные танцы на кладбищах и поклонение черепу, находящемуся в стеклянном саркофаге.

По данным газеты, ежегодно ряды тайной организации пополняют 15 студентов-старшекурсников Йеля. А поскольку Йельский университет, входящий в число элитных учебных заведений так называемой "Лиги плюща" (Гарвард, Принстон, Беркли, Рочестер), является главной "кузницей кадров" американской политической элиты, члены "Черепов и костей" играют заметную роль в США, сохраняя поразительную верность собратьям по тайному обществу и после выпуска из стен университета.

Именно поэтому, как утверждает The Guardian, соратники Буша по "Черепам и костям", среди которых есть и убежденные демократы, щедро жертвовали средства на избирательную кампанию нынешнего президента. Как пишет издание, "в самом начале своей карьеры Буш вовсю пользовался этими связями и только благодаря этому получил свой первый пост в нефтяной компании, а также собственную бейсбольную команду Texas Rangers.

Правда, как отмечает газета, со временем президент вернул долг тайному обществу, распределив между его членами некоторые руководящие должности в администрации Белого дома. Так, например, Роберт Маккаллум, тоже учившийся в Йеле и являющийся членом "Черепов и костей", оказался помощником генерального прокурора, а Эдвард Макнэлли стал генеральным консулом министерства внутренней безопасности.

В "Черепах и костях" состоял и сенатор Джон Керри тоже выпускник Йеля, а ныне основной конкурент Буша-младшего на будущих президентских выборах. При этом он стал членом тайной организации в 1966 году, на два года раньше Буша. По воспоминаниям сокурсников Керри, "все его стремление к лидерству, председательство в студенческом политическом союзе Йеля и внушающая остальным ужас самоуверенность определенно указывали на принадлежность Керри к "Черепам".

Сам Буш не стал отрицать того, что состоял в "Черепах и костях", но не стал вдаваться в подробности ее деятельности. В интервью телекомпании NBC президент США подчеркнул, что жизнь общества и все с ней связанное "слишком секретно". Так же повел себя и Джон Керри, заявив, что тайна "Черепов" касается не только его персоны и потому огласке не подлежит. Дело в том, пояснил Керри, что принадлежность к обществу, начавшись в студенческие годы, длится на протяжении всей жизни его члена.

По словам обозревателя журнала The New York Observer Рона Розенбаума, занимавшегося исследованием традиций тайного общества, его главный символ - череп - принадлежал одному из самых известных американских борцов за свободу индейцев, вождю племени апачей чирикахуа Джеронимо.

Как утверждает Розенбаум, могилу предводителя аризонского племени краснокожих осквернил не кто иной, как дед нынешнего президента США Прескотт Буш. В интервью телекомпании CBS Розенбаум рассказал, что именно Прескотт, будучи одним из лидеров "Черепов и костей", в свое время похитил череп Джеронимо и доставил его в университетский "склеп".

Позднее череп был якобы помещен в стеклянный саркофаг и до сих пор хранится у членов тайного общества в качестве артефакта. Заседания общества, которое было создано в 1832 году и существует по сей день, по-прежнему проходят в обстановке строжайшей секретности. Его члены провозглашают свое тотальное превосходство над непосвященными. Закрытые собрания элиты Йельского университета - студентов, представляющих богатейшие и авторитетнейшие американские династии, - проводятся каждый четверг.

А теперь от мистики к реальным делам:

Как упоминалось выше, недавно состоялось официальное представление Керри в качестве кандидата в президенты от Демократической партии США. В конце августа - начале сентября Буш-младший пройдет аналогичную процедуру на съезде Республиканской партии. По мнению аналитиков, сейчас их шансы почти равны. Правда, одни считают, что у Керри всё же небольшой перевес. Что же ждёт Россию, если он станет главой Белого дома? Уже сейчас многие политологи прогнозируют похолодание отношений между нашими странами.

Судя по недавней истории, демократы всегда нас критиковали больше, чем республиканцы. Поэтому возможный приход Джона Керри в Белый дом, по всей видимости, будет означать ужесточение политики Америки по отношению к России. Именно такой вывод напрашивается из возможного назначения (в случае победы демократов) на пост главы Совета по национальной безопасности США Ричарда Холбрука. Его никак нельзя назвать другом нашей страны.

Многие предсказывают, что при нём политика всепрощения по отношению к России может закончиться. Демократы, говорящие, что между Владимиром Путиным и Джоржем Бушем сложились отношения больше дружеского, нежели политического характера, утверждают, что нынешний глава Белого дома слишком на многое закрывает глаза касательно России. Это и война в Чечне, ситуация со свободой слова в СМИ, демократичность выборов в нашей стране.

По мнению экспертов, у США существует по крайней мере два экономических рычага давления на Россию. Любой из выигравших президентов может содействовать резкому снижению цен на нефть, что, собственно, в интересах американской экономики. А это будет возможно в случае, если США смогут договориться с ОПЕК и другими странами-экспортерами нефти. Тогда им не придётся начинать закупать нефть у России.

Также они способны возобновить игры на повышение курса доллара и затруднить допуск наших производителей на рынки Среднего Востока и Южной Азии. По мнению аналитиков, пока только на этих рынках мы можем продавать высокотехнологичную продукцию. В Штатах полностью осознают, что именно это направление может поддержать экономический рост в России в случае падения цен на нефть. Кроме того, разыгрывая политическую карту, демократы демонстративно могут забыть об обещаниях Буша содействовать нашему вступлению во Всемирную торговую организацию.

Пока сам Кэрри говорит о России немного. Зато его соратники не скупятся на критику. Судя по всему, в Штатах не верят в прогнозы стабильности в России, в удвоение ВВП и экономические свободы. Например, американские политики-демократы активно критикуют давление Кремля на ЮКОС, в который их инвесторы вложили миллиарды долларов. А на прошлой неделе даже помощник президента США по национальной безопасности Кондолиза Райс в телефонном разговоре с главой администрации президента Дмитрием Медведевым выразила озабоченность по поводу происходящего вокруг ЮКОСа, призвав Кремль к "последовательности и предсказуемости" ради сохранения стабильности на нефтяных рынках.

Напомним, что за месяц до этого офис нефтяной компании посетил американский посол в России Александр Вершбоу. А недавно он высказался и по поводу перспектив развития взаимоотношений России и США: "Я полагаю, что у обеих партий существует консенсус в отношении подхода к российско-американским отношениям... И хотя после выборов в США произойдут некоторые перестановки среди лиц, которые занимаются американо-российскими отношениями, я не думаю, что подходы в целом к отношениям с Россией будут пересмотрены".

Совершенно неправильно представлять демократов как каких-то полу-пацифистов.

Именно демократические президенты - Вудро Вильсон и Франклин Делано Рузвельт - отважились сделать США участницей двух мировых войн и ключевым игроком европейской политики.

Демократ Гарри Трумэн начал войну в Корее, а демократы Джон Кеннеди и Линдон Джонсон расширили военное присутствие США в Индокитае. Это, в конце концов, привело к крупномасштабной войне с Северным Вьетнамом.

Холодную войну после кратковременного периода так наз. "разрядки" 1972-1976 гг. возобновил демократ Джимми Картер. Наконец, агрессию против Югославии в 1999 г. осуществил также демократ Билл Клинтон.

На долю республиканцев из серьезных конфликтов в американской истории XX в. остается лишь война в Персидском Заливе 1991 г.

Итак, ни о каком "пацифизме" демократов не может быть и речи. Так же как и об особой воинственности республиканцев, якобы представляющих "экспансионистско-силовую традицию в истории американской внешней политики". Республиканцы как потенциальные партнеры России действительно у многих отечественных экспертов вызывали большие надежды. Именно потому, что традиционно сторонники Grand Old Party в меньшей степени, чем демократы были ориентированы на экспансию американских ценностей и идеалов в другие страны. То есть были более националистично и, соответственно, менее империалистично настроены, нежели их оппоненты.

То, что называется на языке теории международных отношений "американским реализмом" - ограничение внешнеполитической стратегии приоритетом защиты национальных интересов при смягчении миссионерского рвения по глобальной пропаганде "свободы" и "демократии" (в их американском понимании), - и в самом деле составляло кредо президентов-республиканцев Ричарда Никсона и Джорджа Буша-старшего.

Однако печально знаменитая "революция Буша-младшего" во внешней политике привела к синтезу. Точнее, к скрещению квази-империалистического, агрессивного идеализма правого крыла либеральных интернационалистов (в большинстве своем демократов) с "односторонним (унилатеральным) подходом" сторонников американской исключительности (по преимуществу, республиканцев).

Сделать это нынешнему президенту было тем легче, что в его стане находились приверженцы идейного течения, синтезировавшего эти крайние линии - "неоконсерваторы". Они предпочитали называть сами себя также "демократическими глобалистами", "воинствующими идеалистами" и т.д. Вот из альянса Буша с этими людьми и родилась идеология Американской Империи. Идея, вброшенная в массы на рубеже 2002-2003 гг. как либеральными, так и консервативными органами печати и, в конечном счете, безнадежно скомпрометировавшая себя в Ираке.

Никаким пацифистом не является и кандидат от Демократической партии Джон Керри. Извивы политической судьбы этого человека лучше всего описал в недавней статье "Три лика внешней политики Керри" "неоконсерватор" Макс Бут. В поступках и высказываниях Джона Керри просматривалась всего одна четкая тенденция " не противоречить мнению истеблишмента своей партии. Вместе с колебаниями ее генеральной линии менялись и его собственные оценки.

Так, Керри протестовал против войны во Вьетнаме, против помощи никарагуанским "контрас", наконец, против "корыстной и позорной" войны в Заливе 1991 г. Но зато он поддержал все клинтоновские военные акции, включая бомбардировки Ирака в 1998 г. и нападение на Югославию в 1999 г. Керри проголосовал и за наделение нынешнего президента дополнительными полномочиями для превентивных действий против Ирака в 2002 г. Однако, вступив в предвыборную гонку, он, не подвергнув сомнению мотивы своего голосования, стал все более активно критиковать незадачливого агрессора. Острие его критики было направлено на неспособность Буша-младшего привлечь к акции европейских союзников США.

Ясно только одно: кандидат от демократов в большей степени, чем Буш, расположен к Европе. И, соответственно, Европа - к нему. Но сможет ли Керри реально сплотить Запад в борьбе против врагов Америки - особенно после того, что произошло и происходит сегодня в Ираке - это вызывает большой вопрос у всех серьезных американских аналитиков.

Так что Керри, скорее всего, придется делать ровно то же самое, что и Бушу - как на Ближнем Востоке, так и в СНГ. Почти несомненно, что и тот, и другой расширят театр военных действий. В частности, начнут организованное " дипломатическое, экономическое и далеко не исключено, что и военное" наступление на Иран.

И вот здесь Россию могут ожидать большие неприятности. Для России сегодня США опасны не столько как противник, сколько как союзник!

Если мы поддадимся на мелкие провокации, в частности те, что происходят со стороны Грузии. Если мы уговорим себя вступить в какую-нибудь очередную "коалицию желающих", то последствия такого шага могут оказаться для нас поистине катастрофическими.

Россия - расколотая страна. Расколотая в первую очередь цивилизационно.

На ее территории проживают несколько десятков миллионов мусульман. Причем на наших глазах происходит процесс обращения в эту религию выходцев из традиционно не исповедующих ислам народов. С другой стороны, именно Россия (или Российская империя) была когда-то родиной большей части нынешнего населения Израиля. Многие из израильтян сохраняют с Россией серьезные культурные и деловые контакты.

Но стоит нашей стране под влиянием одного из активно действующих лобби - мусульманского или израильского - качнуться в ту или другую сторону, и с большим трудом сохраняемое равновесие окажется поколеблено. Государство может просто расколоться пополам. Вот о чем следует сегодня думать в первую очередь, а не о сравнительных преимуществах одного квартиранта Белого дома над другим.

Сейчас основная проблема России - это неизбывно колеблющаяся и неопределенная позиция ее элиты. Какая-то флиртующе-кокетливая по отношению ко всем заинтересованным сторонам политика. Это "гибкий" внешнеполитический позвоночник создает ощущение, что за хорошую цену наша страна не прочь кинуться в какую-нибудь новую глобальную авантюру.

<FONT size=1>Чтобы с полным сознанием своей правоты не поддаваться на периодически поступаемые от американцев "приглашения на казнь", нужно разобраться в принципиальных основаниях своей позиции. Иметь свой собственный взгляд на мировую политику. А это значит, надо учиться говорить не только на языке баллистических ракет и нефтедолларов, но и на языке идей.

Когда Путин в преддверии иракского кризиса заявил о том, что Россия будет настаивать на соблюдении принципов международного права и на этом основании откажется от участия в агрессии против Ирака, он неожиданно завоевал симпатии европейцев. Это подтвердила далеко не расположенная к России Мадлен Олбрайт.

Когда он сказал о том, что российская разведка обладает данными о замышляемых Хусейном терактах на территории США, это вызвало лишь всеобщую насмешку. Сегодня тот, кто говорит в полный голос, обретает новую силу и побеждает, как президент Венесуэлы Уго Чавес. А тот, кто действует как мелкий шакал на услужении у хозяина, завершает свою политическую карьеру, как Эдуард Шеварднадзе.

России сейчас требуется новое, еще невиданное в ее истории, соединение реализма и идеализма. Ей нужно разработать и ввести в действие новую стратегию. Новую политику, позволяющую совместить геополитическую изоляцию и геокультурное наступление. Выделив себя из пространства мировых конфликтов, нашей стране очень важно суметь донести до всего мира правду своего цивилизационного видения глобальных проблем и международной политики.

Что имеется в виду? При любом исходе выборов не стоит ждать изменений в позиции Америки на постсоветском пространстве. В частности, США продолжат поддерживать курс грузинского президента Михаила Саакашвили на территориальную целостность. Об этом говорит присутствие американских инструкторов в грузинских вооружённых силах. И хотя в Вашингтоне утверждают, что их задача заключается в том, чтобы повысить эффективность грузинских вооружённых сил, на деле же речь идёт о стратегическом партнёрстве.

Кроме того, интересы России и Америки сталкиваются на Украине. И это противостояние станет для России очень чувствительным в случае избрания президентом этой страны (выборы там также пройдут осенью) Виктора Ющенко. Поэтому одновременная победа Керри и Ющенко будет двойным ударом для Кремля. У потенциального президента-демократа пока руки не связаны узами дружбы с Владимиром Путиным. Поэтому он может себе позволить ряд резких движений в странах СНГ, на которые никогда бы не решился Буш.

Президент США Джордж Буш и госсекретарь США Колин Пауэлл занимаются сейчас в основном военными делами. Они оба выступили 16 августа в Цинциннати (штат Огайо) на ежегодной конвенции американских ветеранов зарубежных войн.

Об этом РИА "Новости" сообщили в оргкомитете конвенции, которая открылась 15 августа и продолжала свою работу до 20 августа. 19 августа перед американскими ветеранами выступил кандидат в президенты США от Демократической партии сенатор Джон Керри. В работе конвенции участвовали 15 тысяч делегатов.

Буш объявил о передислокации с американских военных баз в Европе и Азии от 70 до 100 тыс военнослужащих США.

Две трети выводимых военнослужащих составят базирующиеся в Европе американские солдаты, в основном служащие в сухопутных войсках в Германии. Почти все они вернутся в США и будут размещены на различных военных базах. Часть американских солдат, выводимых с баз в Германии и Южной Кореи, будут переброшены на территорию ряда стран Восточной Европы из числа новых государств-членов НАТО.

Изменения в численности и географии размещения войск США за рубежом представители Белого дома объясняют новыми требованиями глобальной войны с терроризмом и возможностью использовать новые технологии.

Председатель сенатского комитета по делам вооруженных сил, сенатор-республиканец Джон Уорнер поддержал предстоящую передислокацию американских войск в Европе и Азии.

Выступая в эфире телекомпании Си-эн-эн, Уорнер сообщил, что предложение о передислокации войск в Европе и Азии "рассматривалось министром обороны США в течение последних трех-четырех лет".

"Наследие "холодной войны" все еще присутствует на многих наших военных объектах в Европе. Настало время облегчить нашу военную технику в Европе, вернуть тяжелое вооружение назад, чтобы его можно было передислоцировать туда, где оно может понадобиться", - сообщил Уорнер.

"Это мудрое решение и часть передислокации на территорию новых стран-членов НАТО - бывших государств-членов "Варшавского договора" - продемонстрирует нашу поддержку их мужеству", - сказал сенатор, по словам которого передислокация американских войск с южнокорейских баз тоже вызвана изменившейся ситуацией.

"Вооруженные силы Южной Кореи каждый год укрепляются и теперь они могут меньше зависеть от американских войск", - сказал Уорнер.

"При этом мы не уменьшаем наши обязательства перед Корейским полуостровом или в Европе и наши союзники знают об этом, так как мы с ними вели консультации", - подчеркнул председатель сенатского комитета.

Министр обороны США Дональд Рамсфелд проинформировал о приближении американских баз к российским границам своего коллегу Сергея Иванова в ходе встречи в Санкт-Петербурге.

Напомним, что передислокация американских военных баз намечалась уже давно. Соединенные штаты активно интересуются районом Черного и Каспийского морей. Как сообщалось ранее, американские базы могут быть размещены в Болгарии и Румынии, а в перспективе - в таких государствах СНГ, как Грузия, Азербайджан, Киргизия и Казахстан.

Приближение баз к российским границам вызвано интересом США к каспийской нефти, а также стремлением заполнить вакуум силы на пространстве СНГ после серьезного ослабления позиций России в этом регионе. По неофициальной информации, Соединенные штаты также оказывают давление на Турцию с целью получить под контроль стратегический пролив Босфор, контролирующий проход судов в Черное море.

Реакция России на "новую инициативу" американцев была негативной. "С вступлением стран Балтии в НАТО безопасность НАТО от этого не повысилась. Это страны - потребители безопасности, а не производители безопасности"

С таким заявлением глава военного ведомства России С. ИВАНОВ, выступил 14 августа на пресс-конференции в Санкт-Петербурге после переговоров с шефом Пентагона Дональдом Рамсфелдом.

"С военной точки зрения 4 натовских самолета, размещенные в странах Балтии, никакой угрозы безопасности России не представляют, - сказал Иванов. " Проблема не только и не столько в самолетах, хотя теоретически их подлетное время к Санкт-Петербургу составляет 2-3 минуты... Мы не понимаем, как эти 4 самолета могут перехватывать "Аль-Каиду", "Талибан" или что-то другое. Единственное, что они могут перехватывать, - это мифическую советскую угрозу".

Отвечая на вопросы журналистов, Сергей Иванов заявил, что "спокойно негативно" относится к расширению НАТО на Восток.

Министры обороны России и США Сергей Иванов и Дональд Рамсфелд провели встречу в Петербурге. Это 15-е "свидание" министров за последние три года - так что они успели стать если не приятелями, то, по крайней мере, прекрасно изучившими друг друга доброжелательными собеседниками.

На встрече 14 августа в Петербурге министры обсуждали ситуацию на Кавказе (прежде всего в Грузии, в связи с резким обострением в Цхинвальском регионе) и в регионе Балтийского моря (в связи со вступлением стран Балтии в НАТО), совместные антитеррористические действия, проблемы нераспространения вооружений и сотрудничество в области противоракетной обороны.

Министр Рамсфелд проинформировал своего российского коллегу о планах сокращения численности американских военных в Европе и реконфигурации военного присутствия в различных регионах мира. А Сергей Иванов сделал несколько довольно резких заявлений, касающихся проблем Южной Осетии и расширения НАТО за счет стран Балтии.

Дональда Рамсфелда тоже пытались склонить к резким заявлениям, но не глава оборонного ведомства России, а питерские активисты движения "Идущие вместе". Около 50 человек попытались провести митинг перед петербургским Домом офицеров, где проходили переговоры. Они скандировали One quastion please, пытаясь добиться от американского министра объяснений по поводу того, как США могли предоставить политическое убежище Ильясу Ахмадову - эмиссару лидера чеченских сепаратистов Аслана Масхадова. Впрочем, милиция довольно быстро рассеяла активистов "Идущих вместе".

На пресс-конференции после переговоров Сергей Иванов признался, что поделился с американским коллегой "определенными опасениями и озабоченностью России" по поводу ситуации в Грузии, которая, по его словам "развивается по очень опасному сценарию и спирали". Однако воспроизвести, что именно услышал от него г-н Рамсфелд, российский министр обороны категорически отказался.

Он призвал к выводу всех незаконно вооруженных отрядов из Южной Осетии. И недвусмысленно дал понять, чьи именно формирования считает нелегитимными. "Десять лет российских миротворцев никто не обвинял, а как только обострился конфликт - они ст